Экстремальный побег: Даже хорошие люди умирают — Пролог

Тишина в лаборатории «Эйдос» была неестественной. Обычно здесь гудели серверы, щелкали реле и переговаривались лаборанты, но сейчас слышалось только прерывистое дыхание Киры. Она стояла над телом наставника, сжимая в руке окровавленный скальпель. Вокруг громоздились груды биоматериала — остатки неудачных экспериментов по переносу сознания. Кира не помнила, как это произошло. Последнее, что отложилось в памяти — аварийная сирена и голос профессора Танаки, кричащего, что система дала сбой. Теперь профессор лежал у ее ног, а в ухе наушника звучал холодный голос диспетчера: «Операция „Чистый лист“ запущена. Все сотрудники уровня „Альфа“ подлежат ликвидации». Кира не была убийцей. Она была младшим инженером по нейросетям, девушкой, которая боялась пауков и пила чай с тремя ложками сахара. Но сейчас ее отпечатки пальцев были на орудии убийства, а система безопасности уже заблокировала все выходы.

За стеклянной стеной лаборатории начинался ад. Сотрудники в белых халатах метались по коридорам, пытаясь открыть гермодвери, но те не реагировали на пропуска. Воздух наполнился запахом озона и горелой проводки. Кира видела, как охранники корпорации, вооруженные электрошокерами, методично загоняют людей в тупики. Это не было спасением — это была зачистка. Кто-то заплатил за то, чтобы стереть все следы проекта «Бессмертие», и теперь свидетелей убирали одного за другим. Кира бросилась бежать, не разбирая дороги, врезаясь плечом в углы и сбивая дыхание. Она знала, что ее ДНК уже загружена в базу данных, а лицо транслируется на мониторы охраны. Единственный шанс — добраться до серверной на минус четвертом уровне, где хранились резервные копии сознаний. Если она успеет загрузить свою копию в аварийный носитель, то сможет доказать, что не убивала профессора. Но для этого нужно пройти через зону карантина, где пол залит токсичным охладителем, а в вентиляции застряли трупы предыдущих неудачников. Кира сделала глубокий вдох, разбила стекло пожарного извещателя и нырнула в темный проем технического лифта, молясь, чтобы тросы выдержали ее вес. Где-то наверху уже захлопывались последние двери, отрезая живым путь к солнцу.